uchilochka
От нечего делать попыталась перевести интервью Тома
Из Flaunt Magazine №126



image host image host


Работка адская, скажу я вам, мало того, что дико неудобно переводить с картинки, так этот гад, будто специально использует исключительно сложно-подчиненные констуркции и мудреные слова ))

Перевод получился корявеньким, потом еще подправлю.



"Кстати, предупреждаю, что обожаю говорить метафорами", - говорит Том Хиддлстон с усмешкой за чашкой чая Earl Grey и ломтиком лимонного торта, и начинает собирать воедино кусочки мозаики потрясающего опыта, который он получил, будучи представителем ЮНИСЕФ в Гвинее, Западная Африка. Это не совсем то интервью, которого я ожидал от звезды масштабных Голливудских блокбастеров вроде Тора, но так ведь гораздо интереснее, чем долгие рассказы о процессах и способах проведения легендарных бассейных вечеринок и бесконечных коктейлей. Хотя, может быть, не такое оно и неожиданное. Хиддлстон, в конце концов, сделал себе имя в душещипательной драме по Первой мировой войне - War Horse.

"Каждый раз, когда вы подбираете себе работу, необходимо сверяться со своим внутренним компасом и ответить: "Это согласуется с моим внутренним видением того, для чего нужна моя работа? Будет ли это чем-то интересным и ценным, внесет ли свой вклад в мир?" Он сравнивает свой опыт в одной из самых невероятно нуждающихся стран мира со своим занятием, которое, по его собственному признанию, может показаться "легкомысленным" по сравнению с работой людей, находящихся на передовой в борьбе с бедностью во всем мире. "Все, кем я являюсь, действительно, - как-бы-глашатай", продолжает он, уточняя свою роль в благотворительности. "Я тот, кто может написать об этом, и люди узнают, но я не доставляю вакцины, не организовываю перевозки, я не могу сделать витаминизированное молоко для грудных детей, которые недоедают, не могу построить школы, найти работу и настроить систему обучения, я не химик и не политик - я просто в положении человека, которого другие люди, некоторые люди, могут выслушать, если мне есть, что сказать".

И то, что он рассказывает, предлагает замечательный и даже поэтичный взгляд на ситуацию, взгляд, который, на удивление, искренен и глубок, по сравнению с безучастными, хотя и смелыми репортажами от закаленных в полях журналистов. Его перспектива в немалой степени такова из-за его любви к абстрактным метафорам: например, он писал в одном из своих блогов ЮНИСЕФ: "Я чувствовал, будто картонная коробка моей собственной реальности была плоской, а теперь взорвалась и распахнулась. Теперь я вижу все грани мира".
Понятно, Хиддлстона еще трясет, он весь гудит после полученного опыта в Африке, потому что на протяжении всей нашей встречи он несколько раз погружается в воспоминания и отмечает только, каким возбужденным он чувствует себя, говорит, как полон оптимизма и вдохновения в данный момент своей жизни.

"Я отправился на пробежку с Жюльеном Харнейсом, который руководит ЮНИСЕФ в Гвинее", говорит он. "Дело было ранним утром, и мы побежали вдоль реки - это было абсолютно прекрасно, один из самых красивых рассветов, которые я когда-либо видел. Когда выходишь на пробежку рано утром все еще в полусне, ум настолько открыт, что становишься практически невежливым, отрицая любые рамки, просто говоришь о том, что в твоем сердце. Мы начали говорить об одной идее, что каждый день в любой жизни и есть творческий акт - это один шаг навстречу становлению человека, которым хочется быть. Все мы играем роли постоянно. На данный момент я играю роль человека во время интервью, и вы играете роль человека, берущего у меня интервью..." Он прерывается на мгновение, глубоко погруженный в экзистенциальные мысли, которые превалируют в нашем разговоре. «Но этот парень, Жюльен, который говорил со мной, сказал: «Вот кем я хочу быть. Я верю в государственные службы. Я верю в попытки оставить свой светлый след, даже если его смоет волной, когда меня не станет». Одно это заявление учинило настоящий переворот в моей голове в плане того, что я думаю о своей работе, что я думаю о моих личных отношениях. Это было удивительно».

Академическое образование Хиддлстона, включающее два курса в Кембриджском университете, обеспечило его пытливыми стремлениями, прельщающими желанием размышлять над экзистенциальными вопросами, такими как осознание, время и лучший способ их применения. "Самым захватывающим вопросом, - он страстно утверждает меня, - я имею в виду в самом первозданном смысле, есть «Кем ты хочешь быть?» Я нахожу людей, которые достаточно храбры, чтобы заявить честно в своей уязвимости или невежестве, действительно мотивирующими - Знаете, есть люди старшего возраста, которые создали удивительные вещи, и они говорят: "Я все еще не знаю, что я делаю..." Это невероятно. Спилберг такой же. Я не собираюсь просто так упоминать его имя, но он настолько скромен. Он говорил: "Я все еще не уверен, что знаю, как это делается. Я имею в виду, я думаю, что знаю, но каждый раз, когда я делаю фильм, я узнаю то, чего раньше не знал о людях или кино, или истории - вот почему я все еще здесь". И когда слышишь его слова, то остается сказать только одно: «... удивительно».

Хиддлстон ударился в высокую философию, погрузившись в суровую реальность африканской бедности, но он сумел как-то связать эти мысли с его работой в качестве актера: «Это заставило меня задаться вопросом участия в различных проектах, и это заставило меня принять решение заниматься только теми проектами, где я уверен, что фильму или пьесе есть, что сообщить миру", говорит он. "Совершенно не имеет значения, если мне придется пройти через некоторые трудности для того, чтобы играть роль до тех пор, пока она вдохновляет и имеет хорошее воздействие. Причина, почему я здесь, почему я стал актером в том, что однажды я сидел там, в зале, и мой мир был изменен фильмом или театральной постановкой, что-то вроде The Remains of the Day – который просто прекрасен - или The Constant Gardener, или любой из фильмов, которые делает Дэнни Бойль. Это то чувство, когда смотришь фильм и чувствуешь, как он меняет что-то в восприятии. Это задевает, и ты понимаешь, что в этом что-то есть, что-то чему ты веришь".

Хиддлстон ссылается на фильм Михаэля Ханеке Amour как яркий пример кинематографии, который приносит добро в мир. «Этот фильм как гора. Это пласт мудрости, которая является основой каждого дня, и Ханеке показал это, говоря: "Итак, знаете ли, вот то, чего бы вы хотели. Это та близость, которая, если вам повезет, будет в конце вашей жизни..." Когда я увидел его, я не мог перестать думать об этом фильме в течение целого месяца. Он просто сумел показать все остальное легкомысленным и недолговечным». В контексте своей работы, Хиддлстон упоминает The Hollow Crown для BBC, как то, чем он особенно гордится. "Я думаю, что подобные фильмы, необходимы миру." Но он утверждает, что эпический блокбастер имеет такой же потенциал, чтобы тронуть сердца, как малобюджетный инди-фильм. Том не является актером, стремящимся произвести впечатление, балансируя между громкими фильмами и маленькими проектами, для формирования конкретного имиджа. "Не имеет значения, потрачено 150 миллионов долларов на фильм или пятнадцать сотен - работа одна и так же. Задача актера представлять истину человеческой природы в любом оттенке, чтобы рассказать историю. Я люблю War Horse. Я помню, как читал сценарий, и он заставил меня плакать, потому что речь шла о порядочности, и лошади, являющейся своего рода сосудом или метафорой для нашей способности к доброте в трудной ситуации." Он становится более задумчивым при воспоминании о фильме, который сделал его имя нарицательным, и окончил вопросом к себе, что значит для него, создание достойной работы в контексте времени. "Поездка в Гвинею заставила меня почувствовать, что я полезен. На самом деле это то, что желает чувствовать любой человек, что он полезен миру. Становится настоящей проблемой, когда чувствуешь себя ненужным. Я всегда задавался вопросом: "Что является лучшим использование моего времени на этой планете?" И стараюсь делать полезные вещи, потому что это - совершенно ясно - эффективное использование времени".

Вопрос времени на уме у Хиддлстона не в последнюю очередь и из-за его роли вампира в предстоящей картине Джима Джармуша Only Lovers Left Alive. Главные герои - имеющие вечность в своем распоряжении, любовники-вампиры со значимыми именами - Адам и Ева, которых играют Хиддлстон и Тильда Суинтон. "Они противоположности, и все же они равны. Я думаю, что идея сделать из героев картины вампиров проистекает из мысли о бессмертии. Если бы вы могли жить вечно, как бы это ограничило и осложнило обязательства друг перед другом - если навсегда означало бы буквально навсегда? Что если бы вы захотели сделать перерыв? Это был бы не недельный перерыв, к примеру, это было бы семь лет".

Вопросы "конца" и "цели", кажется, также преследуют Хиддлстона в последнее время. Он объясняет, как встреча с врачом вывела эти навязчивые мысли на первый план во время обычной проверки здоровья, которые, как правило, не более чем рутина для галочки. Хиддлстон ожидал что визит, пройдет по обычному пути, проверка артериального давления, вопросы, как он себя чувствует, и каждый расходится по своим делам. Однако эта встреча была с доктором, который предложил немного больше, чем медицинский совет. "Он постукивал по коленям своим молоточком, чтобы проверить мою реакцию, и спросил: "У вас есть семья?". Я ответил: "У меня есть семья, но нет детей", тогда он спросил: "А вы хотите детей?", и я ответил: "Да, очень однажды". И он сказал: "Это удивительно, мне уже за шестьдесят, и я рад отметить, что жизнь становится неизмеримо лучше с каждым прожитым десятилетием, и я знаю, как мне повезло. Потому что множество людей не могут сказать того же, потому что для них жизнь становится все тяжелее, но видите ли, в чем вопрос, который ускользает от большинства из нас - "Кто мы такие на самом деле?" Я имею в виду, у этого парня такой опыт, он прекрасно образованный доктор с Харли-стрит, который практикует вот уже в течение многих лет, а вот и мы, пятничным утром января ведем подобную беседу. Это было невероятно, потому что он говорил как раз о жемчужине в ракушке - если вы можете пережить все неприятности в жизни, платите по счетам и пытаетесь делать правильные вещи, следить за собой и жить достойно, то хорошее будет ответом на ваш вопрос».

Поиски ответа на этот вопрос только усилились для Хиддлстона после посещения Гвинеи. Но неустанное тиканье времени, которое он, очевидно, слышит, кажется, не беспокоит его, скорее, оно его мотивирует. "Я оптимист. Я выбрал сам", - говорит он. "В нашем мире много тьмы, много боли, но можно сделать выбор и увидеть счастье. Если попытаться позитивно реагировать на мир, время будет потрачено гораздо лучше. Если выбрать негатив, вы можете в один прекрасный день оглянуться назад и сказать: «Почему я провел все время, жалуясь? Почему я не ценил что имел, страдая за тем, чего не было? "Я человек, у которого стакан наполовину полон, просто потому, что так лучше использовать свое время».

Как бы иллюстрируя свои недавние слова о достойных пьесах, Хиддлстон, ссылается на работы легендарного драматурга Чехова, казалось бы, не совсем к месту. "Чехов гений, потому что его пьесы драматизируют моменты в жизни людей в определенное время, в определенном месте в истории. Его герои, совершенно неожиданно, в среднем возрасте понимают, что перед ними песочные часы - часы, которые тикают, - и что уже больше песка на дне, чем в верхней части, и чем больше они смотрят на часы, тем быстрее песок сыпется вниз. И причина того, что эти пьесы так забавны и грустны в том, что люди прокляты сожалениями о том, что они неправильно использовали данное им время: женились не на той женщине, неправильно возделывали поля, жили не в том городе, ни разу не выбрались в Москву. Это фактор, подталкивающий к пониманию того, насколько коротка жизнь, поэтому следует использовать ее правильно".

@темы: Том Хиддлстон